Глава 7

Почему я должен остановиться? Кто посмеет, испытать меня? Мою добродетель?

Меня называли, праведным. Должен ли я, принять это?

Судьба считает меня слабым. Стерплю ли я это? Меня называли сильным. Должен ли я нести это бремя?

Предатель, мятежник, мясник, защитник...

Все они, как «Патриот». На поле боя, они всего лишь, обрывки.

Родос-Айленд...

Ты убила её. Я убью тебя.

Это не месть. У меня нет сердца для отмщения.

Моя дочь просто... сдалась.

Нет!.....Это не так, господин.

Если не так, то как? Она отдала жизнь, а ты всё ещё жив?!

Я... не сдамся.

Я знаю лишь то, что вижу. Я знаю лишь то, что держу.

Я сражаюсь с тобой не ради дочери.

...Но я ненавижу судьбу.

Я сокрушу её, раздавлю, сотру в пыль.

Если судьба позволит тебе заставить меня отступить...

Я лучше никогда не поверну назад.

...Капитан! Вы правда собираетесь?..

Тот, кто считает меня бесчестным, пусть выйдет и бросит мне вызов.

Но если вы дорожите жизнью... мы расстанемся здесь.

Я не хочу для вас глупой смерти. Я побеждал много раз. Я знаю это слишком хорошо.

Ты не можешь...

Булдроккашти, не глупи, ты можешь жить дальше.

Госпожа, вы тоже познали утрату.

И смогли бы вы стоять и смотреть?

—Вы...

Моя кровь больше не служит ей. Да. Моя страна... это Урсус.

Но когда она умерла, мы услышали... этот долгий, долгий вздох.

Значит, вы почувствовали...

Это был момент, когда пульс с её Искусством распространился по телам всех сарказов в мире.

Это был лишь миг. Но ты почувствовал. Значит, твоя кровь... достаточно древняя.

Настолько древняя, что я одинок.

Я никогда не думал, что рождённый в Казделе, никогда не Заражённый... Затем, стариком, я вкусил орипатию.

Правда?

Мы все знаем, госпожа. Мы все знаем. Вещи в этом мире случаются не потому, что они правильны.

На самом деле, большинство вещей — ошибки, снова.

Мои люди говорили, я могу их исправить. Но их слишком много. Нет пути назад.

Вы сражаетесь по сей день за то, что потеряли, госпожа?

Думаю, нет.

Думаю, вы потеряли и отказываетесь терять больше.

Моя дочь умерла.

— Я сражаюсь не за её смерть. Я сражаюсь за живых, за всех Заражённых, до конца.

Реюнион не может потерпеть неудачу.

Реюнион должен освободить всех Заражённых.

Ты передаёшь сообщения для него и его людей?

Что ты ему скажешь?

...Ты пытаешься подставить партизан. Ты... ты собираешься настроить урсусских Заражённых против них, чтобы те их убили.

Ты знаешь, они не поднимут руку на гражданских.

Ненависть — сильнейшее оружие. Она убивает.

Но он не умрёт.

Он — Патриот... он — воплощение всех величайших легенд. Я видел его доспехи. Я видел, как он орудует оружием.

Он не может умереть! Он и его люди — сильнейшие бойцы во всём Реюнионе!

Ты хочешь убить Заражённых. Вы, дьяволы, никогда не заботились о жизни, а он заботится!

Он урсусец... он сарказ, и он Заражённый! Но ни одно из этих качеств не толкает его на зло!

Он не просто урсусец, не просто сарказ, не просто Заражённый. Он — Патриот, просто Патриот.

Он побьёт тебя, отразит твои атаки, плюнет на твои оскорбления, сплотит Заражённых и очистит их ненависть...

Он — Патриот, и он не умрёт.

А вы — кучка червей, пляшущих под дудку отвратительных заговорщиков, что правят этим шоу.

Ты так говоришь, потому что знаешь, что умрёшь.

И в этом ты абсолютно прав.

Патриот довольно крепок. Но ты — нет. Ты умрёшь.

Так что ты... не пройдёшь. Я не... позволю.

Чтобы пройти в центральный район, тебе придётся... убить меня.

Иначе мои партизаны будут охотиться. А я... буду здесь, душить тебя... до смерти.

Ты умрёшь... от моих рук.

Только если... убьёшь меня, твоя ценность... станет известна. Иначе вы лишь... захватчики.

Что с тобой не так?!...;...Как это неразумно.;Боюсь, я не совсем понимаю.

Конечно, я не верю, что у вас есть... какая-либо ценность.

Я не знаю, как вы смогли... противостоять колдовству... моих людей. Но вам не выжить... против тактики Урсуса.

Ты правда нас так ненавидишь?

Я никого... не ненавижу.

Просто я вам... не доверяю. Я не могу... доверять.

Даже тебе, Лорд. Ты принёс...

Ты не одобришь нас.

Я не верю... в совпадения.

Война.

Войне... всё равно. Не важно, кто прав... а кто виноват.

Ей нет дела... до страданий, до угнетённых, до порабощённых. Вне поля боя они есть. На поле боя — их нет.

Ты должен готовиться... к полю боя.

Кто бы ни погиб — тот и неправ.

Я не могу... Я не могу его понять!..

Что он говорит... почему мы должны сражаться?

Сражайтесь — или будете раздавлены.

Сопротивляйтесь — и будете раздавлены.

Если только вы не одолеете меня.

Если судьба на моей стороне, я убью вас. Затем я убью её. Чтобы она больше никогда не насмехалась ни над кем.

Если судьба на вашей стороне.

Мне остаётся лишь идти вперёд. Наступать.

Всем оперативникам — немедленно отступить!

Я делаю шаг вперёд.

Наша цель — заражённый командир движения «Реюнион», позывной «Патриот».

Его доспехи, его сила, его стать далеко превосходят всё, что можно ожидать от воина.

Ориджиниум, возможно, взял на себя многие его физиологические функции. Ориджиниум в том, что когда-то было его гортанью... — результат высокой скорости кристаллизации, происходящей внутри его тела.

Это всё, что нам удалось собрать из разведданных.

У меня есть основания полагать, что обычно смертельная рана не нанесёт ему значительного урона, поскольку Ориджиниум будет разрастаться и замещать повреждённые ткани!

Вендиго от природы обладают чрезвычайно высокой скоростью метаболизма и регенерации. И насколько нам известно, мы не знаем, причиняет ли ему боль его заражение или это доброкачественная мутация.

Но каким бы живучим он ни был, мы должны его убить.

Только убив его, мы сможем пройти через центральный район, добраться до моста и остановить использование врагом «Реюниона»!

Его охрана сбита с толку его действиями. Это наш последний шанс.