act18d0

Но это может быть опасно... э-э... министр финансов здесь, я знаю...

Вы двое, стоять.

Да, мы вас слушаем.

Могу я узнать, что-то случилось?

Идите за мной.

Слушайте. Что бы вы там ни обнаружили, это всего лишь обычные недомогания великого князя. Не поднимайте шум из-за пустяков.

Будьте надёжны. Как следует о нём позаботьтесь. После заката сразу уходите и не тревожьте его покой.

Будете лечить как следует — получите награду. Щедрую. Хватит, чтобы... таким беднякам, как вы, надолго хватило на счастливую жизнь.

Премного благодарны. Для нас честь получить такую возможность... Кальцит, а где твоя благодарность?

А... верно. Премного благодарю вас, господин.

Хмф, деревенщина. Только не вздумайте всё испортить.

Мы будем предельно внимательны.

Стой.

Обычно внутрь всегда входит только один человек. Сейчас мы тоже не можем сделать исключение, иначе великий князь обрушит свой гнев на нас.

Пусть войдёт эта служанка.

—Но, господин, врач здесь я...

Лекарство, которое принимает великий князь, готовим мы. А ты стой здесь и жди. Если что-то случится, тогда и войдёшь.

Я не понимаю...

Я сказал: ждать здесь три часа. В готовности.

А ты. Внутри тебе нельзя находиться дольше десяти минут.

Если задержишься, неважно по какой причине, живой оттуда не выйдешь.

Обыщите её, потом пусть эта служанка войдёт первой.

Как прикажете.

Великий князь.

Спиной к свету сидит старик... нет, лежит старик. Он не шевелится, дышит ровно и спокойно, устремив взгляд куда-то вдаль.

Это Доктор?

Нет, я всего лишь служанка.

Хорошо... подойди, подойди ближе.

Как прикажете.

Ты из Урсуса?

Нет.

Опусти голову. Дай мне коснуться твоего лица.

Как прикажете.

Ах... Вульпо, а может, Фелин? Очаровательная раса.

У вас... вы не видите?

Да. Это случилось месяц назад.

Мне скоро умирать. Сегодня, завтра — неважно. Так что ты пришла напрасно, дитя.

Они не пускают ко мне Доктора... они меня убивают.

И вы не станете возражать? Вы же Великий князь.

Именно поэтому. У меня нет сил противиться Урсусу. Я давно это принял.

Какая сегодня погода? Я чувствую солнечное тепло... становится теплее.

На небе ни облачка, Великий князь.

Ах... ни облачка. Давно такого не было. С того последнего раза.

Вы в отчаянии?

Отчаяние?.. Отчаяние — лишь мимолётный спутник в начале пути. Наши бесконечные жизни всегда пронизаны одним чувством. Оно не повергает в отчаяние, но и не делает жизнь бездонной радостью.

Мы все живём, идя на компромиссы. Кто-то назовёт это равнодушием, а кто-то скажет, что я всего лишь пожинаю то, что сам посеял.

Да. Теплеет. Тот порыв ветра уже не пробрал меня до костей.

Кто прислал вас, юная леди?

Вы и так уже догадались.

И вы не удивлены? Надо же, а я думал, такого законченного неудачника, как я, давно выставили бы на всеобщее обозрение как козла отпущения — и молодые вечно смотрели бы на него свысока.

Я никогда ни на кого не смотрела свысока. Тем более на вас, великого князя Урсуса.

Разумеется, вы не скажете мне прямо... чего и следовало ожидать. Что ж, попробую угадать...

Министр финансов? Нет, нет-нет-нет... он и мои дела никак не связаны. У него недостаёт такой тонкости, чтобы вмешиваться в чужие сферы. А если бы это и правда была его идея... я бы даже предпочёл, чтобы это была его идея.

Ну тогда, может, какой-нибудь древоточец из армии? Эти старые, робкие, трусливые ублюдки... нет, не они, тоже не они, у них методы попроще...

Дай-ка угадаю, юная, кто прислал тебя сюда...

Ты ещё здесь, юная?

Да.

Это была воля Его Величества? Его Величество хочет, чтобы такой... самонадеянный дурак, как я, расплатился за собственные глупые поступки?

Ох, я ведь знал, что тот вечер был не просто кошмаром...

Ты знаешь, каково это — ослепнуть на оба глаза? В этой тьме, к которой я давно привык, я ощутил нечто ещё более искажённое, извивающееся... чуждое чувство страха.

Вы о страхе, который не скрыть даже слепотой.

Это была воля императорской гвардии, юная. В тот вечер Клинок Императора был всего в шаге от моего горла.

Что? Нож для чистки? Дай сюда, я сам.

Времени в пути будет в обрез, но если у меня не найдётся даже минуты, чтобы очистить яблоко для друга, я, признаться, разочаруюсь.

Как я могу позволить министру финансов заниматься такой нелепой работой.

Ты издеваешься надо мной?

Пожалуй, министру финансов не стоит держать в руках нож. Вам лучше заняться чем-нибудь другим.

Не шути так, старый друг. Я всего лишь чищу яблоко. Только не говори, что сейчас начнёшь пугать меня суевериями.

Посмотри, какие здесь, в этой резиденции, свежие фрукты. И для твоего здоровья они тоже пойдут на пользу.

Нет, Витте, друг мой, отдай нож мне. Возможно, мне даже полезно немного размяться, чтобы совсем не заржаветь.

Ты слишком слаб. Ещё руку себе распорешь.

Неужели ты думаешь, что у штабного офицера армии Урсуса не хватит сил даже на овощной нож?

Нет, я так не думаю.

Ах, ладно, старый друг, держи нож. Только поосторожнее.

Что вы— Доктор! —что вы делаешь?!

Зачем вы так с собой— отрезать себе палец— Доктор!

Кх— Витте! Не тревожься, это не так больно, как тебе кажется... я уже привык к боли, что мучает меня круглый год... не убегай, сперва выслушай меня.

Смотри, Витте, на правой руке у меня несколько пальцев отняла артиллерия... люди Казимежа отсекли мне большой палец, а наёмный убийца из Хигаси лишил меня половины указательного.

Мне всегда казалось, Витте, что с моей правой рукой обошлись слишком дешево: ее сочли всего лишь рукой, что держит нож, вот и досталась ей такая участь.

А теперь я отрезал указательный палец на левой руке. Видишь, теперь обе мои руки искалечены. По справедливости.

Ради чего всё это!..

Скажи мне, Витте, все эти славные шрамы, что я всю жизнь считал честью, полученные в войнах Урсуса, — есть ли в них в самом деле хоть капля славы?

Нет, отвечать не нужно. Пустяк, конечно, но смотри: эта свежая рана, эта текущая кровь — я нанес ее себе по собственной воле. Она пробуждает меня от моей могильной немощи, позволяет мне снова говорить с тобой.

Витте, ты ведь вернёшься в Дейти Грайфербург, верно? Рано или поздно ты всё равно вернёшься в тот великий город.

Забери с собой частицу моего тела, моей плоти. В походах моё тело разметало по кускам, его уродовали и губили, но только этот кусок мяса был отделён по моей собственной воле.

У меня нет детей, но этот указательный палец — можешь смеяться над моей глупостью сколько угодно — этот указательный палец и есть единственная плоть, которую я породил.

Отвези его в Дейти Грайфербург, закопай у себя в саду или в цветочном горшке у обочины. Пусть я живу в земле Дейти Грайфербурга.

О, пусть моя плоть станет единым целым с Урсусом... отвези меня в Дейти Грайфербург, в самое сердце того, что защищали все наши поколения, в самое сердце Урсуса!

—Витте!

Что это сегодня все носятся как угорелые... тьфу, стадо идиотов, даже правил не знает.

Стой здесь и не двигайся. Я пойду посмотрю.

Хорошо, сэр.

(Не знаю, что там задумала Кальцит...)

(Тц. Времени у нас почти не осталось.)

Эй, ты, обратно в комнату 116.

Что? Но моя помощница ещё там...

Тут и одной прислуги достаточно. Доктор не нужен.

Таково распоряжение министра финансов. Если прогневим министра, нам этого не пережить.

А теперь пошла вон! На виселицу захотела?!

Да, да, простите, я уже ухожу, сейчас же...